Тезисы докладов на семинаре «Эффекты предыстории и функции внимания» / «History effects and functions of attention» seminar abstracts

Наконец-то!

Мы публикуем тезисы докладов «Эффекты предыстория и функции внимания: происхождение гипотез», присланные участниками к данному моменту. Все тезисы представлены на русском и английском языке (будем надеяться, что перевод получился не таким плохим, каким мог бы получиться, и отдельное спасибо тем участникам, кто предоставил тезисы на двух языках). Как вы можете увидеть, на семинаре будет представлен достаточно широкий круг тем: от физиологии внимания (Б. В. Чернышев, П. А. Ямщинина) до механизмов решения инсайтных и комбинаторных задач (В. Ф. Спиридонов, И. Ю. Владимиров, О. В. Павлищак и А. В. Чистопольская, С. Ю. Коровкин и А. А. Лебедь), от порогов обнаружения (В. Ю. Карпинская) до имплицитного научения (Н. В. Морошкина и А. Д. Карпов) и феномена слепоты к выбору (В. А. Гершкович).

Отдельный блок докладов будет посвящен анализу движений глаз: будет рассмотрена взаимосвязь внимания и движений глаз (О. Йоханнессон), феномен торможения возврата (Дж. МакИннес), изучение движений глаз при решении задач (И. Ю. Владимиров и, А. В. Чистопольская, С. Ю. Коровкин и А. А. Лебедь) и восприятии сложных социальных сцен (М. В. Зотов, К. А. Долбеева, Н. Е. Андрианова).

Эффекты предыстории в задачах зрительного поиска и связанной с ними парадигме динамической слепоты по невниманию будут рассмотрены в докладах А. Кристьянссона, М. Б. Кувалдиной, А. А. Четверикова. В докладе В. М. Аллахвердова будет посвящен проблеме эффектов предыстории в сознании — тема, с которой так или иначе связана большая часть исследований, представленных на семинаре. Наконец, Е. Печенкова и И. Уточкин рассмотрят отдельные механизмы работы внимания, а М. Кувалдина и П. Ямщинина сделают краткий обзор представлений о функциях внимания.

Finally!

We publish the abstracts for the «History effects and functions of attention: Origins of hypotheses» seminar that we have received from participants by now. All published abstracts are both in English and in Russian (let’s hope that the translation is not as bad as it could be, and a special thanks goes to to those participants who provided abstracts in both languages). As you can see, there will be a lot of different topics, ranging from physiology of attention (B. Chernyshov, P. Iamschinina) to insight and analytical problem solving (V. Spiridonov, I. Vladimirov, O. Pavlischak, & A. Chistopolskaya, S. Korovkin & A. Lebed), from detection thresholds (V. Karpinskaya) to implicit learning (N. Moroshkina & A. Karpov) and change blindness (V. Gershkovich).

A special cosideration will be given to the studies involving eye movement analysis: the talks will discuss the interactions between attention and eye movements (O. Johannesson), inhibition of return (J. MacInnes), eye movements in problem solving (I. Vladimirov & A. Chistopolskaya, S. Korovkin & A. Lebed) and complex social scenes perception (M. Zotov, K. Dolbeeva, N. E. Andrianova).

History effects in visual search and a closely related phenomena of inattentional blindness will be discussed in talks of A. Kristjansson, M. Kuvaldina, and A. Chetverikov. V. Allakhverdov will elucidate the history effects in studies of consciousness — a topic that is in one way or another touched on in most of the talks. Finally, E. Pechenkova and I. Utochkin will describe specific attentional mechanisms, and M. Kuvaldina together with P. Iamschinina will briefly review the functional accounts of attention.

Тезисы семинара (в алфавитном порядке) / seminar abstracts in the alphabetical order:

В. М. Аллахвердов. Эффекты предыстории в сознании / V. Allakhverdov History effects in consciousness
И. Ю. Владимиров, О. В. Павлищак. Преодоление фиксированности как возможный механизм инсайтного решения / I. Vladimirov, O. Pavlischak. Overcoming fixedness as a potential mechanism of the insightful solution

Указание на то, что одним из механизмов инсайта может быть преодоление фиксированности на схеме решения, структуре поля задачи или средствах встречается во многих работах, посвященных проблеме инсайтного решения (Андерсон, 2001; Дункер, 1965; Ollinger, Jones, Knoblich, 2008 и мн.др.). Одним из путей возникновения фиксированности является механизм серии (mental set) (Ollinger, Jones, Knoblich, 2008). Х. Хелсон указывает на то, что в качестве серии могут рассматриваться как пробы непосредственно предшествующие контрольной, так и последовательность проб, имеющая место на протяжении длительного промежутка времени (1947). Целью работы является проверка гипотезы о том, что наличие эффекта серии будет вести к превращению комбинаторной задачи в инсайтную, а его снятие приведет к превращению инсайтной задачи в комбинаторную. Дизайн работы предполагает проведение двух серий, осуществляющих в первом случае провокацию инсайтного решения за счет создания эффекта серии, во втором – обратную процедуру. В качестве критерия типа решения (инсайтное/комбинаторное) нами использовались результаты мониторинга процесса по предложенной нами в предыдущих работах методике (Владимиров. Коровкин, 2012). Результаты проведения первой серии позволяют предполагать, что выдвинутая нами гипотеза верна.

Note that one of the mechanisms of insight can be overcoming fixedness solutions on the scheme, the structure of the task’s field or tools found in many works devoted to the problem of insightful solutions. (Anderson, 2001; Dunker, 1965; Ollinger, Jones, Knoblich, 2008; etc.) One of the ways of origin of fixedness is the mental set. (Ollinger, Jones, Knoblich, 2008 ) H.Helson specifies that as a series can be considered both tests directly previous control, and the sequence of tests which is taking place throughout a long period (1947). The purpose of our work is to test the hypothesis that the presence of the effect of the series will lead to the transformation of a combinatorial problem to insightful problem, and its removal will lead to the transformation of the insightful problem to the combinatorial problem. Study design involves conducting two series, carrying the first case of provocation of the insightful solutions by creating a mental set, the second — the reverse procedure. As a criterion for the type of solution (insightful/combinatorial), we used the results of the monitoring process of our proposed method in previous works (Vladimirov. Korovkin, 2012).

И. Ю. Владимиров, А. В. Чистопольская. Как движение глаз может предсказать инсайтное решение? / I. Vladimirov, A. Chistopolskaya. How can eye movements predict insight?

Исследование движения глаз в процессе инсайтного решения сравнительно новый метод в исследовании процесса инсайтного решения. Как правило данный метод используется при анализе решения задач, имеющих визуальную презентацию, отслеживается перемещение взора между элементами задачи, представленными во внешнем плане. В частности, в качестве стимульного материала использовались задачи со спичками (Knoblich, Ohlsson,Raney, 2001) или анаграммы (Ellis, Glaholt, Reingold, 2011). Полученные данные свидетельствуют о том, что нахождение решения предваряется увеличением количества длинных фиксаций на ключевых элементах задачи в период, предваряющий осознание найденного решения. В цитируемых исследованиях отсутствует сравнение динамики движения глаз при решении инсайтных задач и уравненных с ними по ряду параметров комбинаторных. Кроме того, представляет интерес распределение внимания при решении инсайтной задачи в режиме двойного задания, такие данные полезны для понимания механизмов эмпирических фактов, вскрываемых при использовании методики мониторинга контроля. На основании ранее полученных данных (Владимиров, Коровкин, Чистопольская, Савинова, 2013) предполагается, что в случае инсайтного решения испытуемый в большей степени задействует модально специфическую репрезентацию задачи, нежели при решении аналитических. В исследовании осуществлялась запись движений глаз в процессе решения инсайтных и аналитических задач имеющих текстовую и смешанную презентацию, предъявляемых в режиме двойного задания (мониторинг). Получены следующие результаты: при решении инсайтных задач во второй половине решения увеличивается средняя длинна фиксаций. Данная закономерность не характерна для комбинаторных. Выявлена специфика в распределении длинных фиксаций между зонами интереса (основная задача и зонд), требующая дополнительного содержательного анализа.

Investigation of eye movements during the achievement of insightful solution is a quite new approach in the studies of insight problem solving. This method is usually applied in the analysis of visually presented tasks. The eye movements between the elements of the task that are represented in external world are monitored. In particular, problems with matches (Knoblich, Ohlsson,Raney, 2001) and anagrams (Ellis, Glaholt, Reingold, 2011) were used as stimuli. Collected data suggests that solution is preceded by an increasing number of long fixations on the key elements of the problem. There is no comparison of eye movements’ dynamics in insight problems with equalized on a number of parameters combinatorial problems in the works cited. The attentional distribution in insight problem solving in dual task condition is of an additional interest. Such data is useful for understanding the mechanisms behind the empirical results obtained with control monitoring methods. According to the previous results (Vladimirov, Korovkin, Chistopolskaja, Savinova, 2013) it is assumed that insightful solution mostly involves modality-specific representation of the task as compared to analytical solutions. In the present study, we recorded eye movements during insight and analytical tasks that had a textual or mixed form in dual task condition (monitoring). The following result was obtained: during insight problem solving the mean length of fixation increases in the second half of solution. This pattern is not typical for combinatorial problems. The specific pattern of long fixations between the areas of interest (main and secondary tasks) was identified, which requires further analysis.

В. А. Гершкович. Эффект простого предъявления vs. слепота к выбору / V. Gershkovich. Mere exposure effect vs. Choice blindness

Кунст-Уилсон и Зайонц (1980) показали эстетическое предпочтение кратко предъявленных ранее объектов даже в том случае, когда люди не осознают факта предшествовавшего предъявления (эффект простого предъявления). Однако феномен слепоты к выбору (Johansson, 2006) позволяет продемонстрировать, что простая ситуация выбора не позволяет нам в полной мере оценить предпочтения человека. В докладе будут приведены результаты эксперимента по оценке предпочтений изображений лиц людей, выполненного в парадигме слепоты к выбору. Будут обсуждаться теоретические и методологические следствия для исследования предпочтений в различных парадигмах.

Kunst-Wilson and Zajonc (1980) showed that people prefer previously shown objects even if they are not aware that they have seen those objects before (mere exposure effect). However, choice blindness phenomenon (Johansson, 2006) allow us to see that simple choice do not provide a complete understanding of one’s preferences. In this talk, I will present the results of an experiment that investigated the preferences for human faces using choice blindness experimental design. I will then discuss theoretical and methodological consequences for studies of preferences in different paradigms.

М. В. Зотов, К. А. Долбеева, Н. Е. Андрианова Динамика зрительного внимания при восприятии сложных социальных сцен / M. Zotov, K. Dolbeeva, N. E. Andrianova. Dynamics of visual attention in perception of complex social scenes

Здоровые люди обнаруживают поразительную способность в течение 1-1.5 сек. безошибочно выделять 3-5 ключевых элементов, необходимых и достаточных для оценки смысла социальных сцен. Данные литературы свидетельствуют, что данная способность в значительной степени обеспечивается процессами скрытого внимания (covert attention), предшествующими выделению саккадических целей. Между тем остается неясным ряд вопросов. Каково минимальное время, требующееся для распознания значимых объектов на визуальной периферии и программирования саккадических движений глаз? Приводит ли мимолетный взгляд на сцену к формированию специфической аттенциональной настройки, обеспечивающей выбор саккадических целей на периферии? Возможна ли реализация саккадических движений к выбранным целям в условиях захвата внимания другими объектами? С целью ответа на эти вопросы была разработана модификация процедуры «движущейся маски» в рамках методического подхода, предполагающего изменение предъявляемой информации в зависимости от регистрируемой точки фиксации взора. С использованием данной процедуры была проведена серия экспериментов, позволивших выделить некоторые закономерности процессов внимания при восприятии реалистичных изображений социальных сцен.

Healthy people were found to be able to accurately single out 3-5 key elements that are necessary and sufficient to assess the meaning of social scenes in 1-1.5 seconds. Numerous studies suggest this ability to be provided by the processes of covert attention, preceding the allocation of saccadic targets. Meanwhile, a number of issues are still unclear. What time is required for the recognition of significant objects in the visual periphery and saccade programming? Does a glimpse on a scene lead to the specific attentional control settings, enabling to choose saccadic targets? Could be the saccades to selected targets carried out in case of attention capture by other objects? In order to answer these questions modified procedure of “moving window” was elaborated. Using this procedure series of experiments was conducted to reveal patterns of the attention dynamics during the social scenes processing.

О. Йоханнессон. Взаимосвязи между вниманием и движением глаз / O. Johannesson. The interaction between attention and eye movements

Чтобы обратить наше зрительное внимание на стимул, нам нужно информация о том, что это за стимул, и где он находится. Эта информация возникает во внешнем мире в виде фотонов, которые попадают на сетчатку, и, если их достаточно, вызывают нейронный отклик, который идет от ретины по оптическому нерву в латеральное коленчатое тело (LGN) и верхний холмик четверохолмия (SC), которые в свою очередь имеют прямые и обратные связи с фронтальным глазодвигательным полем (FEF), первичной зрительной корой (V1), и дорзальными и вентральными зрительными путями. Эти области в значительной мере определяют работу внимания. Кроме того, как SC, так и FEF, играют большую роль в контроле движений глаз. Исходя из этого у нас есть достаточные основания предполагать тесную взаимосвязь между зрительным вниманием и движениями глаз. Премоторная теория внимания предполагает, что внимание просто направляется туда, куда была подготовлена саккада, даже если эта саккада не была реализована. Другими словами, внимание следует за подготовленным движение глаз. Однако согласно другим теориям, напротив, движения глаз направляются вслед за вниманием. Существуют также теории, предполагающие, что оба этих подхода частично верны. Основная задача моего доклада – обсудить эту взаимосвязь с разных точек зрения.

To pay visual attention to external stimuli we need information about their nature and about where they are. This information starts in the environment as photons, which then hit the photoreceptors in the retina and if strong enough elicit a neural response which travels from the retina through the optic nerve to the lateral geniculate nucleus (LGN) and superior colliculus (SC) and both these areas have reciprocal connections to the frontal eye field (FEF), primary visual area (V1), and the dorsal and ventral visual streams. Those areas contribute strongly to attentional functioning. In addition, both the SC and FEF play a big role in the control of eye movements. We therefore have good reason to expect a tight relationship between visual attention and eye movements. The premotor theory of attention proposes that attention simply goes to wherever a saccade has been prepared, even though the saccade is not executed, i.e. attention follows eye movement preparation while according to other proposals eye movements follow attention. Still other accounts suggest that the relationship between attention and eye movement is a combination of those to. The main purpose of my talk is to discuss this relationship from a variety of viewpoints.

В. Ю. Карпинская. Почему иллюзии изменяют пороги обнаружения стимулов? / V. Karpinskaya. Why do illusions change the threshold of the stimulus detection?

В докладе представлены эксперименты, описывающие процессы обнаружения и различения стимулов при помещении их в иллюзорный контекст, что дает ложное восприятия веса, размера или расстояния. Такие эффекты возникают даже в тех случаях, когда наблюдателю известно о существовании иллюзии. Оказывается, что на процесс обнаружения и различения влияет именно иллюзорное восприятие стимула, а не его реальные параметры. Эквивалентные объекты одновременно могут быть обнаружены или не обнаружены, оценены как равные или разные, в зависимости от возникающей иллюзии. Вопрос о том, что является причиной, какая теория могла бы описать указанные факты, остается открытым. При этом предлагается гипотеза о том, что существенную роль играют эффекты перцептивной категоризации, под влиянием которых иллюзорная ситуация способствует помещению идентичных стимулов в разные категории, что влечет за собой различную эффективность при их обнаружении и различении.

Our experiments demonstrate the influence of illusory context on the processes of detection and discrimination of stimuli: detection and discrimination thresholds depend on illusory size of the stimulus. Illusion that changes the perception of the object create the difference in the thresholds of detection of identical objects. The same signal can be detected and be conscious, or, quite the contrary, stay unconscious, that is, under the threshold of detection. Thus, the stimulus itself is not enough to reach the threshold. We suggest that the problem roots in categorical perception with illusions providing the situation when identical stimulus become parts of different categories. There is different effectiveness of detection and discrimination for different categories, thus illusory differences lead to real differences in effectiveness.

С. Ю. Коровкин, А. А. Лебедь. Исполнительский контроль при решении инсайтных и аналитических задач / S. Korovkin, A. Lebed. Executive control in insight and analytical problems

В ряде работ, посвященных проблематике роли исполнительского контроля в решении задач (Kyllonen & Christal, 1990; Bull et al., 2008; Wiley & Jarosz, 2012 etc.) указывается его существенная значимость для решения аналитических задач. Для решения инсайтных данный процесс обычно признается мало значимым (Lavric, Forstmeier, & Rippon, 2000; Fleck, 2008), или даже указывается на его ингибирующую функцию (Reverberi, Toraldo, D’Agostini, & Skrap, 2005). Существующие работы рассматривают влияние исполнительского контроля на процесс решения в целом, без учета динамики процесса и типа контролируемого материала. Описание динамики функционирования исполнительского контроля на различных этапах решения и роли различных типов исполнительского контроля являются целями нашего исследования. Основным методическим приемом используемым в работе является метод мониторинга, предложенный Д.Канеманом (1973). Параллельно с решением мыслительной задачи испытуемый решает задание на выбор из двух альтернатив. Динамика выполнения вторичного задания рассматривается как показатель продуктивности исполнительского контроля. Варьируется материал во вторичном задании. Получены следующие основные результаты: Модально неспецифический контроль важен для решения аналитических и не важен для решения комбинаторных. График динамики продуктивности исполнительского контроля демонстрирует слабо выраженную динамику в первой половине решения и выраженный «горб» во второй, интерпретируемый как затрата ресурса на выполнение вычислительных операций. Инсайтные задачи в большей степени конкурируют за ресурс с выбором альтернатив по имплицитному критерию, для аналитических задач характерна конкуренция с выбором альтернатив по эксплицитному критерию.

A number of studies on the topic of executive control in problem solving point out its significant importance for analytical problems solving (Kyllonen & Christal, 1990; Bull et al., 2008; Wiley & Jarosz, 2012 etc.). This process is rarely considered as significant for insight problems solving (Lavric, Forstmeier, & Rippon, 2000; Fleck, 2008) and even its inhibitory influence is sometimes discussed (Reverberi, Toraldo, D’Agostini, & Skrap, 2005). Current works consider the influence of executive control on the solving process in general without taking into account the dynamics of the process and the type of controlled material. The purposes of the present study is the description of the dynamics of executive control functioning on different levels of problem solving and the role of different types of executive control. The main method used in this study is a monitoring approach, suggested by Kahneman (1973). Simultaneously with the mental problem solving subjects are involved in forced choice task. The dynamics of the secondary task solution are taken as a measure of executive control effectiveness. The material of secondary task varied. The main results are the following: nonspecific to modality control is important for analytical problems solving and is not important for combinatorial. The graph of executive control dynamics demonstrates weak dynamics in the first half of the solution and significant «bell» in the second one, which is interpreted as a resources cost for computations performance. Insight problems concur for resources with forced choice task mostly in implicit criterion, and for analytical problems more common is competition in explicit criterion.

А. Кристьянссон. Как прошлое определяет настоящее во внимании и зрительном восприятии / A. Kristjansson. How the past determines the present in vision and attention

Избирательность внимания и восприятие неоднозначной визуальной информации во многом обусловлены прошлыми событиями. Однако чаще всего они считаются не связанными друг с другом и исследуются в различных областях психологии. В этом докладе мы рассмотрим их взаимосвязь. Во время «задачи с неоднозначностью» испытуемым предъявлялся на краткое время куб Неккера. Во время «задачи поиска» испытуемые искали среди «однозначных» вариантов куба Неккера тот, который отличался от остальных. Ранее уже было показано, что при последовательном выполнении задачи с неоднозначностью возникает перцептивный прайминг: восприятие в каждой отдельной пробе соответствует восприятию в прошлых пробах. Также ранее был показан эффект прайминга внимания: при последовательном выполнении задачи поиска время поиска снижается, если цель в текущей пробе соответствует цели в прошлой пробе, и увеличивается, если она меняется. Однако оказалось, что между задачей с неоднозначность и задачей поиска существует взаимное влияние: время поиска было быстрее в случае, когда цель соответствовала перцептивной интерпретации в предшествующей пробе с неоднозначностью, а восприятие во время проб с неоднозначностью соответствовало целевому объекту в предшествующей пробе поиска. Наши результаты свидетельствуют о том, что перцептивный прайминг и прайминг внимания частично совпадают друг с другом, что открывает возможности для установления взаимосвязей между двумя ранее не связанными областями исследований зрения. Осознание одной из зрительных интерпретаций при неосознании других может быть на базовом уровне схожим с выделением вниманием одной части зрительной информации при игнорировании другой, свидетельствуя о работе частично совпадающих механизмов внимания и восприятия.

Attentional selection and the perception of ambiguous visual input are both strongly influenced by past events but are usually considered unrelated and studied in separate fields. Here we investigate their relation. During ‘ambiguous trials’ observers viewed a briefly-presented ambiguous Necker cube. On ‘search trials’ observers searched among unambiguous cubes that each represented either of these interpretations, the target being an oddball that represented a different interpretation than the rest. When presenting consecutive ambiguous trials, perception on a given trial often conformed to earlier perception, an established example of percept priming. Responses on consecutive search trials became faster when target identity repeated than when it changed, demonstrating attentional priming. Surprisingly, intermixing ambiguous trials and search trials revealed a mutual interaction: search responses were faster to targets representing the interpretation perceived on previous ambiguous trials, and perception during ambiguous trials tended to conform to the target on preceding search trials. Our results suggest a partial identity between attention priming and perception priming, thus bridging two hitherto unrelated fields of vision science. Becoming aware of one visual interpretation while alternative interpretations are not perceived may be fundamentally similar to paying attention to some parts of visual input while ignoring others, reflecting the operation of overlapping visual and attentional mechanisms.

М. Б. Кувалдина, П. А. Ямщинина. Функции внимания / M. Kuvaldina, P. Iamschinina. Functions of attention

Традиционно одной из основных функций внимания считается усиление перцептивной обработки сигнала, позволяющее производить более точное различение его характеристик, что, таким образом, приводит к перцептивному осознанию событий в поле внимания (Carrasco, McElree, 2001; Blaser et.al., 2000; Treisman, Kanwisher, 1998). В то же время существует ряд исследований, в которых показано, что неосознанные стимулы не полностью отфильтровываются на ранних этапах обработки (Shapiro et.al., 1997; Luck et.al., 1996), а скорее подавляются в качестве иррелевантных задаче (Neill & Valdes, 1996). Важно то, что обработка одного и того же объекта может как усиливаться, так и подавляться, что в значительной степени зависит от восходящих и нисходящих влияний внимания (Chun, Marois, 2002). Доклад будет посвящен обсуждению соотношения функций фасилитации и ингибиции во внимании и их связи с эффектами влияния предшествующего опыта.

One of the basic functions of attention is enhancing of perceptual processing of the signal allowing better differentiating of its features and thus causing perceptual awareness (Carrasco, McElree, 2001; Blaser et.al., 2000; Treisman, Kanwisher, 1998). At the same time, a number of studies demonstrated that unconscious signals are not filtered out at the early stages of processing (Shapiroet.al., 1997; Luck et.al., 1996), but they are suppressed as irrelevant to the main task (Neill & Valdes, 1996). It should be mentioned that processing of the same signal can be enhanced or suppressed which is highly dependent on top-down and bottom-up influences of attention (Chun, Marois, 2002). In this report we will discuss the facilitation and inhibition functions of attention and their relations to the effects of previous experience.

М. Б. Кувалдина Эффекты предыстории в слепоте по невниманию / M. Kuvaldina. History effects in inattentional blindness
Дж. МакИннес. Роль торможения возврата в зрительном поиске / J. MacInnes The role of inhibition of return in visual search

Мы медленнее реагируем на стимулы, предъявляемые в тех областях пространства, на которые мы ранее обращали внимание. Данный эффект получил название торможение возврата. Однако саккады не независимы, и последовательности саккад могут вести себя иначе, чем отдельные движения глаз. Я расскажу о серии экспериментов, в которых рассматривался эффект торможения на позициях, занимающих промежуточное положение в последовательностях саккад, как в случае контролируемого, так и в случае свободного поиска.

Responses tend to be slower to previously attended spatial locations, an effect known as Inhibition of Return (IOR). Saccades are not independent, however, and saccade sequences may behave differently than individual eye movements. I will report on a series of experiments probing for IOR at intermediate locations along saccadic sequences during controlled and free search experiment designs.

Н. В. Морошкина, А. Д. Карпов. Эффекты предыстории при оценке психологических характеристик человека по его внешнему облику / N. Moroshkina, A. Karpov. History effects in judgments of psychological characteristics by appearance

В серии экспериментальных исследовании Левицки и коллег было продемонстрировано, что подсознательные процессы могут играть важнейшую роль в задачах социальной перцепции, в частности при оценке психологических качеств другого человека по его внешности (Lewicki et al, 1986, 1987, 1992). На неосознаваемом уровне испытуемые усваивают устойчивые неявные ковариации между определенными особенностями внешности, например прической, и психологическими качествами, например интеллектом. Таким образом, неосознаваемый опыт может значимо влиять на восприятие и оценку социальных стимулов в дальнейшем. Однако данный эффект не удалось воспроизвести в серии экспериментов (Hendrickx et al., 1997). Остается открытым вопрос о необходимых условиях для проявления данного эффекта. В серии наших исследований нам удалось реплицировать искомый эффект, а также попытаться определить необходимые условия для его проявления.

Several experimental studies demonstrated that unconscious processes can play a crucial role in performing of social perception tasks, particularly when subjects asses different psychological characteristics by appearance (Lewicki et al, 1986, 1987, 1992). In a typical experiment, people implicitly learned hidden covariation between certain features of appearance (hairstyle, for example) and psychological characteristics (for instance, IQ). The authors showed that unconscious experience could influence the perception and evaluation of socially relevant stimuli. However, this effect was not reproduced in the later series of studies (Hendrickx et al., 1997). Thus, the factors that cause this effect remain unknown. In the series of our experiments, we varied number of variables and finally replicated the effect, thus defining the conditions necessary for its occurrence.

Е. В. Печенкова. Динамика аккомодации зрительного внимания / E. Pechenkova. Timecourse of accommodation of visual attention

Аккомодация внимания – это подготовительный процесс, который усиливает эффекты внимания, такие, как ускорение процесса обработки информации или обогащение образа восприятия. Понятие аккомодации внимания было введено Эдвардом Титченером более столетия назад, но с тех пор было забыто. В качестве проявлений аккомодации внимания могут быть рассмотрены различные явления подготовки, такие, как ускорение времени реакции на стимул в том случае, если ему предшествовал предупреждающий сигнал; приспособление восприятия к определенному ритму стимуляции; а также искажение воспринимаемого порядка событий (временные смещения). В современной литературе, посвященной исследованиям на основе метода быстрого последовательного предъявления зрительных стимулов, аккомодация внимания именуется «пробуждением внимания». Мы предлагаем метод измерения времени, необходимого для совершения полной аккомодации зрительного внимания у конкретного испытуемого. Предлагаемый способ основан на том факте, что сфокусированное внимание уменьшает эффект прямой зрительной маскировки. Будут приведены данные эксперимента, иллюстрирующего возможное применение предлагаемой процедуры, и демонстрирующего, что полная аккомодация внимания улучшает опознание целевого стимула внутри потока быстро последовательно предъявляемых зрительных стимулов, а также уменьшает количество временных смещений.

Accommodation of attention is a preparatory process that facilitates attentional effects such as gains in processing speed and quality of the representation. The notion of attentional accommodation has been abandoned for about a century after it was first addressed by Edward Titchener. Accommodation of attention accounts for various phenomena of preparation, such as facilitation of the reaction time when a target stimulus is preceded by a warning signal; adaptation of perception to a certain rhythm; the distortion of temporal order perception, or temporal displacement. In modern rapid serial visual presentation (RSVP) studies accommodation of attention is termed ‘attentional awakening’. We proposed a method to measure the time required for the complete accommodation of visual attention in a particular individual. The method is based on the fact that focused visual attention diminishes the pattern masking effect. An RSVP experiment illustrates the possible use of this procedure and shows that complete accommodation of attention improves the accuracy of target identification in RSVP and reduces the amount of temporal displacements.

В. Ф. Спиридонов. Эффекты предыстории в процессе решения задач / V. Spiridonov. History effects in problem solving

Процесс решения мыслительных задач имеет свои характерные эффекты предыстории, влияющие на порождение гипотез (решений), которые можно свести к нескольким основным.

  1. Фактор задачи (перенос). Нестандартные формы переноса: систематический (перенос в цепочке структурно сходных задач) (Спиридонов) и перенос с еще нерешенной задачи (Спиридонов, Волконский); влияние уровня компетентности испытуемых на перенос.
  2. Фактор подсказки (прайминг и др.). Влияние разноплановых осознаваемых и неосознаваемых воздействий на процесс решения задачи: изменение уровня оригинальности вербальной креативности с помощью осознаваемого семантического прайминга (Спиридонов, Абисалова), успешный сублиминальный прайминг перцептивных элементов задачи (Спиридонов, Федорова) и неуспешный операторных (Спиридонов, Волконский).
  3. Фактор тренировки. Процедурный характер знания, необходимого для решения (Спиридонов, Лифанова).

Problem-solving process has its own history effects influencing the generation of hypotheses (solutions). These effects could be grouped into three major categories.

  1. Task factor (transfer). Unusual forms of transfer: systematic (transfer in a sequence of structurally-related tasks, Spiridonov) and transfer from yet unsolved task (Sprididonov, Volkonsky). Influence of subjects’ level of expertise on transfer.
  2. Cue factor (priming, etc.). Effect of conscious and unconscious influences on problem solution: changes in the originality of verbal creativity with conscious semantic priming (Spiridonov, Abisalova), successful subliminal priming of perceptual elements of a problem (Spiridonov, Fedorova) and unsuccessful priming of operational elements (Sprididonov, Volkonsky).
  3. Training factor. Knowledge necessary for the solution is procedural and not declarative (Spiridonov, Lifanova).

Some of the possible generalizations: search for new task representation segments that are available for operations could be a possible problem-solving mechanism.

И. С. Уточкин. Счет во время поиска: объяснение зрительного поиска уникальных целей через глобальное сравнение численностей / I. Utochkin. Enumerating while searching: Global number contrast explains visual search for an odd target

Зрительный поиск целей, обладающих уникальным признаком, происходит эффективно, т.е. скорость и точность такого поиска практически не зависят от количества других объектов-дистракторов. Если же целевой признак заранее не определен и меняется от пробы к пробе, то увеличение числа дистракторов приводит к необычному ускорению поиска, что выражается в отрицательном наклоне поисковой функции (Bacon & Egeth, 1991; Bravo & Nakayama, 1992). Традиционно этот эффект объясняется низкоуровневыми факторами пространственной организации: увеличение числа объектов неизбежно ведет к пространственному уплотнению элементов, а это, в свою очередь, усиливает локальный контраст между целью и дистракторами и междистракторную группировку. Эти объяснения хорошо работают для зрительных наборов с относительно гомогенными дистракторами. В гетерогенных наборах, когда значительный локальный контраст присутствует одновременно во многих точках и группировочные тенденции ослаблены, низкоуровневые модели предсказывают исчезновение отрицательного наклона. В серии из четырех экспериментов по зрительному поиску уникального цвета мы проверили это предсказание. Мы варьировали цветовую гетерогенность дистракторов, численность множеств и подмножеств, образуемых разными типами дистракторов, а также пространственную плотность. Мы обнаружили, что при всех этих манипуляциях отрицательный наклон функции сохраняется. Более того, абсолютная величина наклона возрастает по мере увеличения гетерогенности, что противоречит предсказаниям низкоуровневой гипотезы. Наше объяснение заключается в том, что вне зависимости от пространственной организации набора зрительная система имеет доступ к абстрактным репрезентациям численности объектов в подмножествах различных признаков. Увеличение количества дистракторов в каждом из подмножеств усиливает числовой контраст между ними и уникальным признаком, в результате чего решение о наличии или отсутствии цели принимается легче.

Visual search for feature singletons is efficient, that is, the speed and accuracy of such search does not substantially depend on the number of other objects — distractors. However, if the target feature of an odd element is not defined in advance and changes from trial to trial, then the increase in the number of distractors causes the unusual speed-up of the search characterized by negative slopes of search functions (Bacon & Egeth, 1991; Bravo & Nakayama, 1992). This effect was traditionally explained by the low-level factors of spatial organization: the increase in the number of items necessarily leads to the increase in their density, and this, in turn, enhances both local target-distractor contrast and between-distractor grouping. These explanations work well for relatively homogeneous visual displays. In heterogeneous sets, where considerable local contrast is present simultaneously at multiple locations, and where grouping tendencies are attenuated, low-level models predict that the negative slope will be eliminated. We tested this prediction in a series of four visual singleton search experiments. We varied colour heterogeneity of distractors, the numerosity of sets and subsets of various types of distractors, and spatial density. We found that the negative slope persisted in all the conditions. Furthermore, the absolute value of the slope increases as the heterogeneity increases, which contradicts the predictions of the low-level hypothesis. Our explanation is that irrespective of the spatial organization of display, the visual system has access to the abstract representations of the numerosity of objects in various feature subsets. The increase of the amount of distractors in each of the subsets enhances the numerical contrast between them and the odd feature, which facilitates the decision about presence or absence of the target.

Б. В. Чернышев. Связь между тоническими и фазическими механизмами внимания / B. Chernyshov. The relationship between tonic and phasic mechanisms of attention

В докладе будут рассмотрены исследования на животных и на людях, посвященные эффектам внимания в различных временных шкалах: тоническая составляющая (текущее состояние на момент поступления стимула), предвнимание (неосознаваемый автоматизированный процесс, занимающий приблизительно первые 200 мс после поступления стимула), и собственно внимание (процесс, развивающийся позднее 200 мс после поступления стимула, который может быть доступен для осознания). Исследования направлены на то, как фазические процессы предвнимания и внимания к поступающим стимулам модулируются тоническим состоянием. Тоническое состояние, в свою очередь, рассматривается как результат одновременно и восходящих влияний (совокупности сенсорных событий, предшествовавших текущему моменту), и нисходящих влияний (связанных с сознательным контролем).

I will discuss the effects of attention in animal and human studies in different time scales: the tonic component (the current state at the moment of stimulus input), preattentive processes (unconscious automatic processes that take approximately the first 200 ms after stimulus input), and attentive processes (a process that starts later than 200 ms after stimulus onset and which can lead to consciousness). The discussed studies investigate how the tonic state modulate the phasic preattentive and attentive processes. Tonic state, in turn, is considered to be a result of both the bottom-up (a set of sensory events preceding the current moment), and top-down influences (related to conscious control).

А. А. Четвериков. В поисках гипотез: влияние истории зрительного поиска на формирование предпочтений / A. Chetverikov. A quest for hypotheses: How visual search history determines our preferences

Процесс восприятия окружающего мира можно рассматривать как последовательное выдвижение и проверку гипотез, цель которой – построение реалистичной модели мира (Аллахвердов, 1993; ). В рамках развиваемого нами подхода предполагается, что обратная связь о корректности выдвигаемых гипотез субъективно переживается как позитивный или негативный аффект. Но какова природа выдвигаемых гипотез? В попытке приблизиться к ответу на этот вопрос, мы обратились к исследованиям фасилитации и подавления объектов в задачах зрительного поиска. Традиционно предполагается, что уменьшение времени поиска при сохранении целевого объекта свидетельствует о фасилитации его переработки (эффект позитивного прайминга), а увеличение времени поиска в случае, когда дистрактор становится целевым объектом, — о подавлении дистрактора. Рассматривая зрительный поиск как процесс выдвижения гипотез, мы предположили, что в зависимости от того, какие условия зрительного поиска меняются, будет возникать аффективная обратная связь, связанная либо с целевым объектом, либо с дистрактором. Для проверки этой гипотезы была проведена серия экспериментов, результаты которой будут описаны в докладе.

Perception of external world can be described as a sequential testing of hypotheses aimed at the development of a realistic model of the world. Recently, we suggested that the feedback about the accuracy of hypotheses is subjectively experienced as positive or negative affect. However, what exactly are the `hypotheses’? Trying to get closer to answering this question, we turned to the studies of facilitation and inhibition in visual search. The generally accepted view is that decreased search times with repeated presentation of the same target indicates the facilitation of target processing (positive priming). Conversely, increased search times when distractor becomes a target indicate inhibition of distractor (negative priming). We analyze visual search as a process of hypotheses testing and suggest that depending on the changes in different aspects of the task either distractor- or target-related hypotheses should receive positive or negative affective feedback. To test this prediction we conducted a series of experiments that will be discussed in my talk.

П. А. Ямщинина. Психофизиологические корреляты разделения сознания и внимания / P. Iamschinina. Psychophysiological correlates of the dissociation between attention and consciousness

С момента открытия различных видов функциональной слепоты (Mack, Rock, 1998; Resnink, 1997) снова вспыхнул интерес к процессам осознания (Dennett, 2002; Dehaene, Naccache, 2001). В частности, развитие возникших идей о возникновении зрительной осознанности привело к попытке рассмотрения сознания и внимания как двух разных процессов (Lamme 2003, 2010; Boxtel, 2007, 2010; Block, 2011; Koch, 2004; Tononi&Koch, 2008; Koivisto et al., 2009; Kentridge, 2011). Основываясь на ряде работ К. Коха, Н. Тсушиа (2007, 2009, 2010, 2012, 2013) и В. Ламме (2003, 2004), мы рассмотрели различные экспериментальные парадигмы, позволяющие разделить процессы внимания и осознания. В частности, одна из них (Koivisto, Revonsuo, 2009), основанная на концепции уровней осознанности Н. Блока (Block, 2001), позволила разделить первичную феноменальную осознанность и непространственное (объектно-ориентированное) внимание по времени появления на основе метода вызванных потенциалов. Мы обсуждаем возможность применения данной парадигмы для изучения феномена слепоты по невниманию. Данный доклад является обзорным и преследует цель обсуждения трудностей экспериментальных парадигм, разделяющих процессы внимания и осознания.

Since the discovery of functional blindness paradigms (Mack & Rock, 1998; Resnink, 1997), the problem of consciousness once again attracted a lot of interest (Dennett, 2002; Dehaene, Naccache, 2001). The studies of visual awareness have led to the tendency of differentiating consciousness and attention (Lamme 2003, 2010; Boxtel, 2007, 2010; Block, 2011; Koch, 2004; Tononi&Koch, 2008; Koivisto et al., 2009; Kentridge, 2011). Basing on the studies by K. Koch, N. Tsuchiya (2007, 2009, 2010, 2012, 2013), and V. Lamme (2003, 2004) we analyzed different experimental paradigms that allow such differentiation. In particular, one of them (developed by M. Koivisto and A. Revonsuo, 2009) allowed differentiating phenomenal consciousness and nonspatial (object-oriented) attention using ERP method. We discuss whether this paradigm can be applied for studying inattentional blindness phenomenon. This talk reviews the studies of consciousness and attention and is aimed to discuss the challenges of experimental paradigms in this field.

Тезисы докладов на семинаре «Эффекты предыстории и функции внимания» / «History effects and functions of attention» seminar abstracts: 2 комментария

  1. Уведомление: Расписание докладов на семинаре Эффекты предыстории и функции внимания

  2. Уведомление: В поисках гипотез: влияние истории зрительного поиска на формирование предпочтений | Cogito ergo ...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *